5 вопросов артисту балета: о пуантах, падениях и зарплате

Пока Самарский академический театр оперы и балета продолжает пустовать без зрителей из-за пандемии, «Курмыши» пообщались с его премьером — Сергеем Гагеном. Артист балета рассказал, как выкручивается на сцене, если забывает движение, и поделился опытом пережитой травмы, полученной во время танца. А ещё объяснил, как правильно называть парней в балете, и в каких случаях мужчины надевают пуанты и балетные пачки.

Почему на пуантах танцуют только девочки и как правильно вас именовать?

— Поднимать партнершу, стоя на пуантах, чревато вывихом ноги. Поэтому если парни и танцуют в пуантах, то только женские партии. Там меньше прыжков, вращений и поддержек, которые чаще выполняют мужчины в танце. Например, парней на пуантах можно увидеть в труппе Валерия Михайловского — Санкт-Петербругском Мужском балете. Да и в классическом балете танцуют — Фею Карабос в «Спящей красавице», сестёр и мачеху в «Золушке». Недавно я смотрел спектакль Большого театра «Светлый ручей». Там мужская партия, одна из главных, исполнялась почти весь спектакль на пуантах и в шопенке (вид балетной пачки — прим.ред.). К слову, в Нью-Йорке вообще есть балетная труппа «Трокадеро», состоящая из мужчин на пуантах.

Бытует мнение, что если девушка балерина, то парни — балеруны. Такого слова в русском языке нет. Правильно говорить — артист балета или танцовщик. В случае, если мужчина имеет высший статус в театре, то это премьер театра, кем я являюсь.

Что делать, если упал на сцене или забыл движение?

— Неловко, если забываешь движения в дуэте. Такое случается, когда даётся всего пара дней на то, чтобы выучить комбинации. Тогда мне прямо из-за кулис диктуют последующие движения, или партнёрша нашёптывает. В сольной партии никогда не переживаю, ведь импровизацию никто не отменял.

На сцене бывает всякое, могут упасть даже декорации. Но это быстро забудется, если артист сделает вид, что не увидел этого, и продолжит действо. Падение танцовщика тоже не редкость, это не портит впечатления гостей. Скорее наоборот, зритель громко охает и сразу же аплодирует, поддерживает артиста, волнуется, всё ли хорошо.

Нас учат улыбаться всегда и продолжать действовать, что бы ни произошло, всё остальное только за кулисами.

Зритель чувствует, что за улыбкой прячутся сильная боль, слёзы и прочие негативные эмоции, так как артист — лишь на сцене; за кулисами — человек. Потому жизнь и профессия танцора балета — это не хобби: ты либо посвящаешь себя всего, либо уходишь совсем. Для меня эта профессия как опасный наркотик: дарит невероятную эйфорию, но порой получаю от неё не самые радужные последствия в виде травм или разных деформаций тела.

Балет — профессия опасная. Страх сломать себе что-нибудь никогда не заставлял бросить?

— Я занимаюсь трудом, который оценивает зритель. Даже если знаю, что у меня что-то не вышло, а зал аплодирует, получаю колоссальное удовольствие. Наша профессия предполагает крупные или мелкие травмы, их не избежать. Даже если тебе повезло, и за всё время ты миновал серьёзные падения или вывихи, то всё равно столкнёшься с разными деформациями тела в связи с нагрузкой на него. Артисты балета всегда рискуют после каждого спектакля получить травму. Я отношусь к ним как к опыту, после которого становлюсь сильнее и ближе к своей мечте — стать заслуженным артистом.

Правда, после последней травмы я мог и не восстановиться. На сцене сломал межпозвоночный диск, вылезла грыжа, ушло два позвонка и зажало нерв, впоследствии стала отниматься рука. Было тяжело морально себя держать, думал, что карьере конец. Это произошло в прошлом сезоне. Думал, что пойду учиться на педагога, чтобы оставаться в балете и содержать себя. Но меня поддерживал весь театр. Заставили поверить в возможность вернуться в артисты. После трёхмесячного восстановления я уже был на работе. Тренировал «балетный урок», приводил ноги в порядок, особенно долго возвращал в тонус руку, которая отнималась. После отпуска, к сентябрю 2018 года, вышел в спектакле «Спящая красавица» принцем Дезире. Выходил на сцену словно в первый раз, дыхание спёрло. 

Не надоедает ли играть одних и тех же героев?

— Каждый спектакль разный, даже если некоторые моменты в них схожи. Я часто играю принцев и сольные партии. Принцы не могут себе многого позволить, вот они достаточно одинаковы, да ещё и статичны. Поэтому акцент идёт на эмоции. Мне непросто это даётся. Когда общаешься с глазу на глаз — эмоции даются проще. На сцене нужно донести их до зрителя, чтобы он понял и заметил даже с верхних ярусов. К счастью, с годами и опытом сам стал получать удовольствие от своих же эмоций на сцене. Хотелось бы танцевать больше игровых партий, там есть возможность быть разным из спектакля в спектакль.

Отдали бы своего ребёнка в балет?

— Если только он этого захочет. Мне будет проще его направить по этой линии и помочь с развитием, зная все аспекты профессии. Правда, если расписать его дальнейшую жизнь на бумаге, то выйдет не так уж и радостно в плане финансов. Общий оклад в нашем театре 40 тысяч рублей, плюс надбавки, которые зависят от количества выступлений и статуса партий.

В любом театре музыка и опера забирают большую часть гонораров. А балет живет на то, что осталось.

Это та причина, по которой бывают мысли об уходе из профессии или переходе в другой театр у всех артистов, но чаще всего любовь к танцу берёт вверх.


Фото предоставлены героем материала.

Виктория Исанькина
Виктория Исанькина

Автор

Самарская журналистка